архив статей

можна подивитися тут



анонсы статей

МІЖ НАМИ І НЕЮ

Слід сказати, що в Україні нечасто з'являлися подібні до антології одинадцятьох авторок "Ми і Вона" поетичні видання, які б сполучали довершеність текстів й мистецькі концептуальні фотопортрети.
полный текст здесь

ЦИРЮЛЬНИК-ДЕТЕКТИВ

"Парикмахер" — дебютный роман Христиана Шюнеманна. Передать расследование в частные руки мюнхенского Шерлока Холмса — цирюльника Принца — безусловно интересный ход.
докладніше тут



"КНИЖКОВИЙ СВІТ" У КИЄВІ

В Києві завершив роботу сьомий міжнародний ярмарок "Книжковий світ". Як за масштабами, так і за кількістю учасників-видавництв, і за кількістю новинок київський ярмарок значно поступався Форуму видавців у Львові.
полный текст здесь

"РУССКАЯ НАДЕЖДА" ЖИВЕТ В УКРАИНСКОМ ХАРЬКОВЕ

Самым молодым из лауреатов Всероссийской литературной премии имени Сергея Есенина "О Русь, взмахни крылами..." стала харьковчанка Анна Минакова.
полный текст здесь

ЯПОНЕЦ-ПРОФЕССИОНАЛ В СУПЕРЛЕГКОМ ЖАНРЕ

Пока не прочтешь все, что вошло в сборник прозы Кэндзи Маруямы, душевного покоя ждать не приходится. Возможно, он воцарится после.
полный текст здесь

СЕЗОННИЙ РОЗПРОДАЖ БЛОНДИНОК

Видавництво "Лілея НВ" пропонує читачам книжкову серію "Агресивна бібліофілія". Для першого долучення до книголюбної агресії я вибрав збірку оповідань Наталки Сняданко з провокативною назвою "Сезонний розпродаж блондинок".
докладніше тут

НЕЧИТАБЕЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

Книга американской писательницы Элизабет Костова "Историк" должна была влиться в дружные ряды поклонников вампира, а также стать подарком для любителей литературщины в стиле Дэна Брауна. А что же вышло на деле?
полный текст здесь

БОЧКОТАРА ПО-ЯПОНСКИ

Если Харуки Мураками написал "Послемрак", Япония явно переживает не худшие времена в своей истории.
полный текст здесь

КОДИРУЕТЕСЬ?!

"Код да Винчи" Дэна Брауна — это очень приятный, увлекательный, можно даже сказать, изящный "искусствоведческий детектив". Но надо сказать, он один из многих в ряду таких же "приятных" увлекательных книг Переса-Реверте, Прево, Пирса.
полный текст здесь

ДЖОН КРАУЛИ: "ПОИГРАЙТЕ С ИДЕЯМИ"

Перед героями романа и читателем стоит непростая задача — провести демаркационную линию между историей и лжеисторией, истиной и заблуждениями. Другое дело, разрешима ли эта задача в принципе.
докладніше тут



Повна карта розділів:
Арт: 1 2
Книжки: 1 2 3 4 5 6 7
Кіно та театр: 1 2 3 4 5
Музика: 1
Цікаве: 1
Немного мыльный ром@н

Максим КУЗЬМИН, Киев.
Ноябрь 14, 2005 г., понедельник.

Человек из ниоткуда, не писатель, и не переводчик, — с гуманитарными штудиями никак не соотносимый, — скорее просто прагматик, вычисливший кратчайший путь к цели, — Януш Вишневский, доктор информатики и химических наук, посвятивший себя молекулярной биологии, в 2001 году выпускает в печать роман "Одиночество в Сети". Невольно вспоминается соотечественник Вишневского — Тадеуш Конвицкий и его книга "Хроника любовных происшествий". Конвицкий рассказывает историю трагической любви двух молодых людей, разбивая текст короткими заметками из сводки криминальных происшествий на любовной почве, что готовило каждый следующий виток его истории к неминуемой развязке.


Для Вишневского история Якуба, генетика, работающего на Германию, и бездетной домохозяйки при нерадивом муже стала поводом поговорить о любви вообще и в частности. Виртуальный диалог Он-Она, как полноволная река, несет обломки судеб близких им людей. Не щадя друг друга, они, — гурманы дел сердечных, — потчуют себя разносолами, от которых туманится взгляд, свербит в носу и шумит в ушах.

Порой автор кажется наивным, его сказ легко поддается предсказанию, ситуации, описываемые им, предстают схематичными, а набор деталей — мелодраматичным. Как раз автора это меньше всего и волнует. Он преследует иную цель.

Попробуем на секунду отвлечься и задаться вопросом, о чем пишут сегодня. Вокруг мир высоких технологий, они проникли во все области жизни и искусства, — кино, музыка, уже не те, чем они были раньше; литература же всегда была неким буфером между внешней жизнью и внутренней, одни обращаются к ней, чтобы отвлечься, переключиться (в подобных случаях литература должна превосходить по многим параметрам проявления реальной жизни), другие — развлечения ради, выбирают старый добрый детектив, популярное фэнтези.

Зачем Вишневский написал этот объемный по сегодняшним меркам роман? Почему главный герой так похож на автора? Знаю одно, если бы меня спросили, какую книгу я хотел бы срочно прочитать, я ответил бы: да вроде тех, о которых рассказывала моя школьная учительница по русской литературе. Роман в письмах поляка вне сомнений близок к желаемому. Он не побоялся показаться писателем прописных истин и благоглупостей. Порой просто спотыкаешься на столь неуместных в наше время словах и оборотах. Его заслуга в том, что он все это проговорил. Часто так сложно сказать самые простые слова самым близким людям, и мы их просто опускаем, успокаивая себя тем, что считаем их само собой разумеющимися. Но ценность они приобретают, только став явными. Именно поэтому, хочу выразить автору свою благодарность!

В книге поднимаются вопросы: что сложнее, быть одному, или быть вдвоем, или быть одному после того, как вы были вдвоем? Что происходит, когда делаешь шаг навстречу человеку? Что было вначале и что осталось после, и почему над всем этим мы не властны? Якуб на многие вопросы отвечал согласно убеждению: если не знаешь, что сказать, говори правду. Они делятся друг с другом историями, как было уже сказано, из своей жизни, жизни родителей, друзей, случайных знакомых. Каждый рассказ в отдельности — шлягер, петарда.

Кроме того, он ведь генетик, читать его письма — все равно что читать статьи из старой-доброй "Науки и жизни". Еще он любит классическую музыку, любит о ней говорить (после чего она даже звучит по-другому), цитирует любимых поэтов. Она находит его впечатлительным и печальным. (Вполне применимо ко многим польским писателям последнего десятилетия.)

На фоне всех этих историй растет и крепнет их собственная. Стоит добавить, что и финал там правильный, благодаря которому роман бесповоротно стал Книгой.

Януш Вишневский. "Одиночество в Сети". — Санкт-Петербург: Издательство "Азбука-классика", 2005.