архів статей
можна подивитися тут



анонси статей

ЗАСПІВАЙМО?

Герої Сергія Жадана за життя можуть потрапити хіба що в напіваматорський порнофільм і в кримінальну хроніку, але вже здебільшого після смерті. Проте автор пише про них так, як ще зовсім нещодавно писав про самого себе в жанрі "нон-фікшн". І не в якомусь там репортажі — він складає на їх честь "Гімн..."
докладніше тут

ДВІ ДОЛІ, "ТРИ ТОВАРИША" І ШІСТЬ ДВЕРЕЙ

В одному з інтерв'ю пані Ірен Роздобудько відзначила, що в сучасній українській літературі бракує відвертості й мудрості. Вона прагне донести це своєю своєю творчістю, й у дилогії "Він: Ранковий прибиральник. Вона: Шості двері" їй це цілком вдалося.
докладніше тут

ЛАГІДНА ГРА У НЕБУТТЯ

Якщо Ви відчуваєте, що простір та час інколи божеволіють, що на вулиці можна зустрітися із самим собою, що найліпше у сирі — це дірки, але щоб оцінити це належним чином, спочатку варто подорослішати, — тоді Єжі Сосновський є дійсно Вашим письменником.
докладніше тут

ІРЕНА КАРПА: "ЖИВУ ЗАРАДИ СПАЛАХІВ СВІТЛА"

Ірена Карпа — людина відома й доволі публічна, тому читати й чути про неї доводилося чимало. Мій досвід особистого спілкування показав, що вона є вдумливою натурою, яка ладна швидко прийти на допомогу. Сподіваюсь, це зможуть відчути й усі читачі "Культурного тренажера".
докладніше тут

НДР І НОСТАЛЬГІЯ У КИШЕНЬКОВОМУ ФОРМАТІ

23 січня 2006 року відбулась презентація книги Томаса Бруссіґа "Сонячна алея", виданої Львівською "Кальварією" за сприяння міжнародного фонду "Відродження" та Ґете-інституту. Події ж роману відбуваються на межі між західною та східною Німеччиною, на нічийній території біля Берлінської стіни.
докладніше тут

РАПТОМ ВИРОСТАЄ ЦІЛА ЗАКІНЧЕНА ІСТОРІЯ,

якою я починаю "хворіти" доти, доки не поставлю останню крапку".
Інтерв'ю з письменницею Ірен Роздобудько.


Есть затейники мастерить кукол, есть любители рукописать книжки. Кого-то прельщает произвол формы, кого-то эксперименты с материалом или игры с текстом в непривычных для чтения условиях.
полный текст здесь

АНАРХІЯ ВЖЕ ДЕСЬ ПОРУЧ

Cміливість незамовчування, що інколи доходить до зухвалого атакування дійсності з усіма її численними "чорними дірками" неправди, асоціються для героя книги Сергія Жадана "Anarchy in the Ukr" із справжньою справою, яка виправдовує його чоловічу самототожність.
докладніше тут

НЕЗАБАРОМ НОВИЙ ДЕНЬ. "ДЕНЬ ЄВРОПИ"

У письменниці Ірен Роздобудько цього року виходять дві книжки у київському видавництві "Нора-друк". Перша вже надрукована, це дилогія "Він: Ранковий прибиральник. Вона: Шості двері". Cерію "День Європи" продовжить Наталка Сняданко публікацією нового роману.
полный текст здесь

LET MY PEOPLE GO

Вийшла нова книга есеїстики Оксани Забужко.

Оксана Забужко сприймає події минулого року в трагічному ключі й розвінчує міф про "безкровність" Помаранчевої революції.
докладніше тут

ЧТО ДЕЛАТЬ С НЕГАТИВАМИ

Французский писатель и философ Мишель Турнье в 1970 году публикует свой второй роман "Лесной царь", за который был впоследствии удостоен Гонкуровской премии. Добавлю, что сюжет романа основан на древнегерманских легендах о Лесном царе.
докладніше тут

МІЖ НАМИ І НЕЮ

Слід сказати, що в Україні нечасто з'являлися подібні до антології одинадцятьох авторок "Ми і Вона" поетичні видання, які б сполучали довершеність текстів й мистецькі концептуальні фотопортрети.
полный текст здесь

БЕРЁЗОВАЯ ВИРТУАЛЬНОСТЬ ЕСЕНИНА

28 декабря 1925 года погиб поэт Сергей Есенин.

Мне показывали в глухих деревнях тетради из папиросной бумаги с его стихами, бережно переписанными по велению души теми, кто "ни при какой погоде" иных поэтов не читал.
докладніше тут

ОЖИВШИЕ СЛОВА

Писать о Сорокине — все равно что пересказывать фильм с Брюсом Ли. Так и хочется сделать элегантное па ногами. Только тогда слушатель поймет, о чем фильм или книга.
полный текст здесь

"ТЫ, ПУШКИН, БОГ…"

10 февраля 1837 года погиб великий русский поэт — Александр Пушкин. Что это имя говорит представителю молодого поколения?
докладніше тут



Повна карта розділів:
Арт: 1 2
Книжки: 1 2 3 4 5 6 7
Кіно та театр: 1 2 3 4 5
Музика: 1
Цікаве: 1
Фабрика над пропастью

Михаил РАБОВСКИЙ, Днепропетровск.
Февраль 20, 2006 г., понедельник.

Роман Иэна Бэнкса "Осиная фабрика" я прочитал дважды. В первый раз он мне не понравился, а во второй я его понял. В первый раз мне трудно было понять то восхищение, которое вызывают книги Иэна Бэнкса у отечественной и зарубежной критики. "Осиная фабрика" показалась мне забавным романом, но не более того. И уж ни в коей мере мне не показалось справедливым, как это сделал автор одной из рецензий, сравнение Иэна Бэнкса с Пелевиным.

Прочитанная в первый раз "Осиная фабрика" оставила впечатление чего-то многажды уже читанного. Место действия — маленький шотландский городок. И одно это сразу же наводит на мысль, что персонажи по закону жанра должны быть монстрами, иметь тайные пороки, совершать чудовищные преступления, но при этом выглядеть в глазах окружающих вполне приличными и нормальными людьми. Так оно и происходит. Главный герой — странный молодой человек по имени Фрэнк. Вначале романа трудно понять, в чем именно заключается его странность. Разве что в его занятиях, напоминающих детскую игру. Большую часть своего времени он тратит на убийство всякой живности. Начиная с ос и заканчивая кроликами. То, что он именно убивает живых существ, а не охотится на них, становится понятным благодаря странным ритуалам, которые он проделывает с их трупами. Обугленный трупик осы, предварительно завернув его в фотографию, на которой изображены его старший брат и отец, Фрэнк кладет в спичечный коробок, а потом хоронит. Кроликов он взрывает.


Иэн Бэнкс

Но убивает Фрэнк не только животных. За свои неполные семнадцать лет он умудрился убить трех человек. Причем все убийства были совершены им еще в детстве. И весьма экзотическими и изощренными способами. Двоюродному брату Фрэнк подложил в протез ноги ядовитую змею, родному брату предложил сыграть в колокол: ударить несколько раз палкой по старой авиабомбе. Свою маленькую кузину Эсмеральду Фрэнк убивает исключительно из чувства долга перед собой и человечеством. Если уж он убил двух представителей мужского пола, то не худо бы восстановить равновесие и убить хотя бы одну женщину. И он предлагает ей полетать на воздушном змее, который и уносит её в море.

Если к столь странному главному герою добавить его не менее странного отца, который, будучи по образованию биологом, занимается непонятно чем у себя в кабинете и развлекается тем, что заставляет Фрэнка заучивать наизусть длину, ширину, высоту, площадь и объем разных предметов, старшего брата, сбежавшего из психиатрической больницы, родственников, погибших самым нелепым образом, то мы получим черный британский юмор чем-то напоминающий стишки, которыми мы любили развлекать друг друга в детстве:

Дети в подвале играли в гестапо,
Зверски замучен сантехник Потапов.

И тому подобное. Ко всему вышесказанному необходимо добавить, что главный герой "Осиной фабрики" нигде официально не зарегистрирован, т.е. для государства его не существует. В школе он не учился, соседи убеждены, что его родной отец приходится ему дядей. По ходу романа также становится известным, что причина странностей главного героя кроется в том, что в детстве собачка откусила ему гениталии, которые хранятся заспиртованными в кабинете его отца. Ну, а в конце романа оказывается, что никакая собака Фрэнку ничего не откусывала, а в действительности он — девушка. Жертва эксперимента собственного папаши, на протяжении многих лет подмешивавшего в пищу ребенка мужские гормоны. По прочтении книги остается только лишь, как принято сейчас говорить, "восхититься крепко закрученным сюжетом", специфическим британским юмором Бэнкса и поставить книгу на полку, чтобы никогда больше её оттуда не снимать.

И все же мне пришлось достать с полки "Осиную фабрику" и прочитать её еще раз, чтобы написать статью о ней. Второе прочтение всегда отличается от первого. Невольно начинаешь обращать внимание на детали, ускользнувшие от внимания в первый раз.

Например, на то, что повествование в романе ведется от первого лица. Рассказ от первого лица придает произведению своеобразную интимность. Автор и герой, от лица которого ведется повествование, сливаются воедино и как бы непосредственно обращаются к читателю. В романе Иэна Бэнкса в роли такого героя-рассказчика выступает главный герой произведения — Фрэнк Колдхейм, образ которого невольно вызывает в памяти другого главного героя-рассказчика, поведавшего о своей нелегкой жизни миллионам читателей на всех континентах. Речь, разумеется, идет о романе Дж. Д. Сэлинджера "Над пропастью во ржи" и его главном герое — Холдене Колфилде.

Сходство между двумя персонажами неочевидное на первый взгляд становится более заметным, если попытаться абстрагироваться от привычного нам контекста, с которым традиционно принято ассоциировать роман Сэлинджера и его главного героя. Холдена Колфилда принято считать провозвестником эпохи молодежного бунта, символом движений битников и хиппи. Искренность главного героя "Над пропастью во ржи", его неприятие лицемерия мира взрослых и нежелание принадлежать к этому миру, которому он противопоставлял мир детей, породили культуру 60-х. И её главные деятели и просто те, кто следовал за ними, прочли в подростковом возрасте роман Сэлинджера и вовсю принялись воплощать его идеи в жизнь. Следствием этого стала и великая рок-музыка того времени, и сексуальная революция, и увлечение наркотиками, и интерес к восточной мистике, и протест против войны во Вьетнаме, и парижский май 68-го года. Всего не перечислишь. К поколению хиппи принадлежали и родители Фрэнка Колдхейма. Так что он невольно оказался ребенком детей-цветов. Но цветы увяли, а дети остались. И даже немного повзрослели, но от идей своих не отказались, а решили передать их уже своим детям. История Фрэнка Колдхейма тем и интересна, что представляет собой эксперимент по воплощению идей Холдена Колфилда в жизнь. Точнее, по воплощению самого Холдена Колфилда.


Разумеется, ничего подобного не могло придти в голову ни Селинджеру, ни его главному герою. Столь гротескному и циничному действу должно было предшествовать тотальное разочарование в идеях мира-любви-цветов, каковое и наступило в первой половине семидесятых и получило свое выражение в искусстве панка. Именно на этот период приходится и юность Иэна Бэнкса, родившегося в 1954 году. (Для сравнения лидеры "Секс Пистолз" Джонни Ротен и Сид Вишез родились соответственно в 1956 и 1957 годах. Ненамного моложе.) Да и сама идея переписать "Над пропастью во ржи", превратив главного героя в панка (а именно таким и является по духу Френк Колдхейм), ничем иным и не является, кроме как публичным надругательством над святыней нескольких поколений в стиле песни тех же "Секс пистолз" God Save The Queen.

И, надо сказать, свой замысел Бэнкс осуществил великолепно. В начале романа мы видим отца главного героя, "старого хиппаря", как говорит о нем Фрэнк. Но отец Фрэнка не только старый хиппарь, он еще и тот типический герой англоязычной литературы, которого принято называть "сумасшедший ученый". То есть безумец, чудак, одиночка, непризнанный гений, стремящийся не только разгадать тайны природы, но и обрести над ней власть. В "Осиной фабрике" эксперимент носит по большей части социально-психологический характер и имеет своей целью воспитание идеальной с точки зрения экспериментатора личности, образцом для которой является герой романа Сэлинджера.

Чтобы эксперимент оказался удачным для него, прежде всего, необходимо создать соответствующие условия: по возможности оградить объект от влияний внешней среды, способных негативно повлиять на его чистоту. С этой целью Фрэнку внушается, что он не такой как все. Осознание главным героем романа своей телесной неполноценности, отсутствия у него того, что есть у всех остальных, отделяет Фрэнка от всего остального человечества гораздо лучше самого высокого забора. Гормоны, которые тайно подкладывает ему в пищу отец, играют вспомогательную роль. Далее в ход идет собственно воспитание и образование.

В сущности, ни того, ни другого главный герой и не получает. Разве Холдена Колфилда научили чему-либо путному во всех тех школах, в которых ему довелось учиться? И что хорошего ему дали родители? Так что главным учителем и воспитателем Фрэнка Колдхейма оказывается природа. Вера в то, что человек по своей природе добр, а общество делает его злым, восходит еще к Руссо. И рецепт спасения человечества от Руссо и его последователей тоже хорошо известен. Необходимо вернуть человека в природу. Руссоизм в той или иной мере был присущ и хиппи. Западной машинной и индивидуалистической цивилизации они противопоставляли жизнь в коммунах в гармонии с природой. Холден Колфилд, рассказывая своей сестренке Фиби, кем бы он хотел быть, говорит: "Понимаешь, я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей, и кругом — ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Понимаешь, они играют и не видят, куда бегут, а тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сорвались. Вот и вся моя работа. Стеречь ребят над пропастью во ржи".

Главный же герой "Осиной фабрики", оказываясь "во ржи", начинает уничтожать все живое. Чтобы увидеть панковскую ухмылку Бэнкса, живописующего подвиги своего персонажа, можно представить Холдена Колфилда, например, задушившего Фиби и толкнувшего под колеса автомобиля брата Алли, о бейсбольной рукавице которого он пишет сочинение в романе Сэлинджера. Впрочем, у Холдена Колфилда из романа Селинджера есть еще и старший брат — Д.Б., написавший книгу рассказов "Спрятанная рыбка" и являющийся примером для Холдена. Старший брат есть и у Фрэнка Колдхейма. Если главный герой "Осиной фабрики" предстает перед читателем уже сформировавшимся панком, то его старший брат Эрик переживает определенную эволюцию в этом направлении. Из него уже почти получился Холден Колфилд. Будучи студентом-медиком, он в свободное время ухаживает за неизлечимо больными детьми, но однажды во время ночного дежурства он втыкает в голову ребенка, с несросшимися костями черепа, столовую ложку, а, возвратившись домой, начинает сжигать живьем собак и пытается кормить соседских детей червяками. Потом он оказывается пациентом психиатрической больницы. Откуда и убегает по воле автора в начале романа, чтобы вернуться домой в его конце и поддержать родного брата в момент катарсиса: открытия Фрэнком своей половой принадлежности и осознания им бессмысленности своей ненависти к миру. Его роль в романе Бэнкса аналогична той, которую играет Д.Б. в романе Сэлинджера.

"Над пропастью во ржи" Дж. Д. Сэлинджера, и "Осиная фабрика" Иэна Бэнкса — типичные классические романы воспитания. В подобных произведениях главные герои обычно переживают конфликт становления и переходят, как отмечал Д. Лукач, "от стадии юношеского максимализма к трезвому самоограничению, не предполагающему ни отчаяния и гибели, с одной стороны, ни отказа от идеала и конформистского приятия мира — с другой…". Именно это и происходит и с Холденом Колфилдом, и с Фрэнком Колдхеймом.

Разумеется, каждый из романов несет на себе отпечаток своей эпохи. Америка начала пятидесятых не похожа на Британию начала восьмидесятых. И обе страны совершенно не похожи на постсоветское пространство начала ХХI века. Но подростки во все времена и во всех странах, в принципе, сталкиваются с одними и теми же проблемами. Так что роман Иэна Бэнкса интересен хотя бы тем, что позволяет в очередной раз узнать, как это происходит "у них" и сравнить с тем, как это бывает "у нас". Правда, чужой опыт в подобных ситуациях вряд ли может принести существенную пользу, разве что предостеречь от повторения типичных ошибок. Впрочем, отечественные романы воспитания мне не попадались очень давно. И я не уверен, пишут ли их вообще.